Вступая в 2025 год, мировые сельскохозяйственные рынки готовы столкнуться как с проблемами, так и с возможностями. После относительно спокойного 2024 года новый год принесет с собой смесь стабильности и неопределенности. Мировые рынки начинают 2025 год на более стабильной ноте. Однако геополитическая напряженность и макроэкономическая неопределенность создадут сложную торговую среду. Участникам рынка придется осторожно маневрировать в этой сложной паутине конкурирующих сил.
В 2024 году мировые рынки зерна оставались относительно стабильными. Эта стабильность во многом была обусловлена благоприятными погодными условиями в некоторых регионах, которые компенсировали неблагоприятные погодные условия в других местах. Хотя погодные проблемы повлияли на некоторые регионы, в целом мировое производство пшеницы, кукурузы, риса и сои оставалось стабильным. В 2024 году глобальный ориентир цен на продовольственные товары в среднем был на 2,1% ниже, чем в 2023 году. Индекс цен на зерновые ФАО за год составил 113,5 пункта, что на 13,3% меньше, чем в предыдущем году, что стало вторым годовым снижением подряд после рекордных уровней, зафиксированных в 2022 году.
Последние прогнозы Министерства сельского хозяйства подчеркивают сокращение поставок ключевых зерновых в сезоне 2024-25 гг. на фоне геополитической напряженности, нестабильных рынков энергоносителей и неблагоприятных погодных условий. Прогнозируется, что мировое производство пшеницы в сезоне 2024-25 гг. составит 793,2 млн метрических тонн (ммт), что немного больше, чем в предыдущем сезоне. Однако ожидается, что мировые конечные запасы пшеницы снизятся до 258,9 ммт, что на 3,2% меньше, чем 267,5 ммт в сезоне 2023-24 гг. Это снижение отражает сокращение поставок на фоне стабильного уровня потребления. Прогнозируется также сокращение экспорта пшеницы: в сезоне 2024-25 гг. ожидается 212,3 ммт, что на 5,3% меньше, чем 224,1 ммт в прошлом году.
Мировые поставки кукурузы находятся под давлением, поскольку производство и запасы сокращаются. Прогнозируется, что производство кукурузы составит 1214,3 млн т, что на 1,3% меньше, чем 1230 млн т в предыдущем сезоне. Ожидается, что конечные запасы снизятся еще сильнее, до 254,2 млн т, что на 6,8% меньше, чем 272,7 млн т в 2023-2024 годах.
Этот сложный производственный ландшафт еще больше усугубляется внешними факторами, формирующими мировые рынки. Потенциальные изменения в торговой политике , продолжающийся конфликт в Черноморском регионе и нестабильность на Ближнем Востоке, вероятно, нарушат мировые рынки агропродовольственных товаров. Неблагоприятные погодные явления, включая засухи и наводнения, продолжают влиять на урожайность и логистику, в то время как нестабильные цены на энергоносители, особенно на природный газ, увеличивают затраты на производство удобрений, увеличивая расходы на сельскохозяйственные ресурсы.
НОВАЯ ТОРГОВАЯ ВОЙНА ГРОЗИТ НАРУШЕНИЕМ МИРОВЫХ РЫНКОВ ЗЕРНА
В эксклюзивном ответе журналу Miller Magazine Джо Глаубер, старший научный сотрудник Международного института исследований продовольственной политики (IFPRI), поделился своими соображениями о потенциальных последствиях предлагаемых тарифных планов Дональда Трампа на мировые рынки зерна в 2025 году. Глаубер подчеркнул, что возвращение Трампа на пост президента и его угрозы использовать тарифы в качестве инструмента для достижения торговых и внешнеполитических целей создадут значительную неопределенность на мировых рынках. Однако точные цели и действия остаются неясными. Будучи кандидатом, Трамп предлагал ввести 60% тариф для Китая и 10-20% всеобъемлющие тарифы для всех торговых партнеров США. Будучи избранным президентом, он также пригрозил повысить тарифы для Китая на 10 процентных пунктов и ввести 25% тарифы для Канады и Мексики, если они не решат вопросы, связанные с иммиграцией и контрабандой наркотиков на границе. Кроме того, Трамп предложил ввести 100% тарифы для расширенных стран БРИКС, если они откажутся от использования доллара США в своих транзакциях.
Хотя неясно, материализуются ли эти угрозы после вступления Трампа в должность в январе или это в первую очередь политическая риторика, Глаубер предупредил о потенциально разрушительных последствиях торговой войны. «Очевидно, — заявил он, — что если будет торговая война между США и Китаем, США и их партнерами по НАФТА или США и ЕС, сельское хозяйство, скорее всего, понесет на себе основную тяжесть сопутствующего ущерба». Проводя параллели с первым президентством Трампа, Глаубер указал, что американский сельскохозяйственный экспорт часто подвергался нападкам во время ответных торговых мер со стороны других стран. Эти контрмеры привели к значительным потерям для американских производителей, и только существенная государственная помощь предотвратила более серьезное снижение доходов в сельскохозяйственном секторе.
РЫНКИ ЗЕРНА СТАЛКИВАЮТСЯ СО СЛОЖНЫМИ ПЕРЕКРЕСТНЫМИ ТЕЧЕНИЯМИ
В интервью журналу Miller Magazine «Участники рынка должны ориентироваться в сложной сети изобилия предложения, геополитической напряженности и макроэкономической неопределенности», — сказал Дэйв Уиткомб, руководитель отдела исследований Peak Trading Research, подчеркнув деликатный баланс, требуемый от трейдеров и заинтересованных сторон. Бразилия намерена доминировать в повествовании о предложении, а благоприятные погодные условия позиционируют страну для потенциально рекордного производственного года. «Ранние показатели урожая и прогресс в посевной предполагают, что страна может достичь рекордного урожая сои, превышающего 170 миллионов метрических тонн. Это изобилие может существенно повлиять на мировые торговые потоки, особенно повлияв на перспективы экспорта США, начиная с февраля 2025 года», — отметил Уиткомб.
Геополитическая арена добавляет дополнительную неопределенность на рынки зерна. Уиткомб подчеркнул, как торговая политика новой администрации США, в частности, угрозы тарифов, уже влияют на поведение рынка. «Трейдеры спешат обеспечить поставки в преддверии потенциального введения тарифов в 2025 году, хотя этот всплеск спроса, похоже, замедляется», — пояснил он. Кроме того, нестабильные цены на сырую нефть, обусловленные продолжающейся геополитической напряженностью, влияют на более широкий комплекс сырьевых товаров, иногда оказывая поддержку, а иногда выступая в качестве встречного ветра.
Замедление экономического роста Китая представляет собой еще одну критическую переменную. «Юань недавно упал до 15-месячных минимумов, а падающая доходность облигаций отражает обеспокоенность рынка относительно замедления роста крупнейшего в мире покупателя сырьевых товаров», — отметил Уиткомб. «Эта экономическая нестабильность крупнейшего в мире импортера сельскохозяйственной продукции может существенно повлиять на мировые модели спроса».
Денежно-кредитная политика Федеральной резервной системы и сила доллара останутся ключевыми. Уиткомб заметил, что «сила доллара была постоянным препятствием для товарных рынков, и ее траектория будет во многом зависеть от предстоящих данных по инфляции и занятости».
Дэйв Уиткомб подытожил проблемы и возможности 2025 года, призвав к действию: «Поскольку эти различные силы сходятся, 2025 год становится годом, в котором гибкие торговые стратегии будут иметь решающее значение. В то время как фундаментальные показатели поставок кажутся медвежьими с надвигающимся рекордным производством , взаимодействие между геополитической напряженностью, энергетическими рынками и сезонными закономерностями может создавать периодические возможности. Успех, скорее всего, будет зависеть от тщательного балансирования этих конкурирующих факторов при сохранении бдительности к изменениям в погодных условиях, политических разработках и макроэкономических показателях».
